Мужские забавы [= После полуночи ] - Айрис Джоансен

Ной подошел к телефону и набрал номер Тони в Вашингтоне.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня, – сказал он, когда тот поднял трубку.

– Привет, – угрюмо отозвался Тони. – Я уже кое-что приготовил для тебя. Прощупал кое-кого из политиков и лоббистов. Не хуже Джеймса Бонда.

– Итак, что там еще затеял Лонгуорт?

– Пока ничего нового.

– Были еще демонстрации протеста?

– Вчера. Правда, народу было меньше, чем в прошлый раз. Но это еще ничего не означает. Сколько тебе осталось до завершения?

– Не знаю в точности. Но конец уже виден.

– Торопись. Меня уже тошнит от безделья. Почему ты не пришлешь сюда Сета и не дашь мне вынырнуть? Я не могу сидеть сложа руки и ждать.

– Сет мне нужен здесь. – Ной улыбнулся, услышав, как простонал Тони. – Вот увидишь, вскоре тебе предстоит заняться более интересным делом, чем ловить рыбу в мутной воде.

– Все что угодно. Только бы не сидеть в бездействии.

– Рано радуешься. Когда я тебе скажу, в чем дело, ты, может быть, пожалеешь о сказанном.

* * *

– Пора спать, Джошуа, – напомнила внуку Филис и, строго нахмурив брови, посмотрела на Сета. – Гитару – в сторону! Ты же знаешь, еще час назад он должен был отправиться в постель.

– Прошу прощения, – кротко отозвался Сет, прислоняя гитару к перилам. – Мы и не заметили, как прошло столько времени.

– Еще пятнадцать минут! Я уже надел пижаму, – умоляюще протянул Джошуа. – Мне хочется повторить этот аккорд.

– Он никуда не денется от тебя до завтра.

– А вот это напрасно. Никогда нельзя быть уверенным в такого рода вещах, – пробормотал Сет. – Разве вы никогда не слышали о навсегда утраченных мелодиях, о забытых аккордах и…

– Зато мне все известно о тех, кто умеет тянуть время, – Филис указала на дверь, решительно сказав:

– Спать!

– Но я еще не успел пожелать «спокойной ночи» маме, – Джошуа покосился на гитару, лежавшую на настиле, но все же послушно поднялся. – Пойду возьму бинокль.

– Не забудь почистить зубы и причесаться.

– Будет сделано, – ответил он, подражая тону Сета, и скрылся в дверях дома.

Но Филис не ушла следом за ним, а, посмотрев на Сета, спросила вдруг более мягко:

– А как ты? Все в порядке?

– Конечно, – он снова взял в руки гитару и провел пальцами по струнам. – Что со мной может быть? Разве что немного тревожно.

– Не похоже. Во всяком случае, когда я вышла, у меня создалось другое впечатление. – Она пожала плечами. – Не знаю. Мне показалось, что тебе скорее грустно.

Надо же, какой у нее зоркий глаз.

– Грустно? – Сет сделал вид, что задумался. – В этом что-то есть… Звучит очень возвышенно. Прежде меня в таком никто не мог заподозрить.

– Но ты и в самом деле весьма тонкий человек.

– В самом деле? А вы хоть представляете, скольких людей в своей жизни я убил?

– Нет, не представляю. Но только не стоит пытаться выглядеть грубее, чем ты есть на самом деле.

– Попробую, – он снова провел пальцами по струнам. – Должен признаться, мне льстит ваша оценка.

– Перестань увиливать и скажи мне прямо, что тебя мучает? – не обращая внимания на его уловки, спросила Филис.

– Откуда мне знать? Вот вы с вашей прозорливостью и угадаете, что происходит со мной. Я для вас – как открытая книга.

– Не преувеличивай. Вероятно, ты по привычке прячешь свои чувства от взгляда посторонних, но хвосты-то все равно торчат, сколько ни старайся. – Она нахмурилась. – Может, пока ты ездил в коттедж, что-то произошло? Тебе показалось, что нам что-то угрожает?

– Нет, насколько я могу судить – все пока идет нормально, как и было задумано. Правда, я не знаю, сколько им времени еще потребуется на то, чтобы полностью завершить работу. А когда за тобой охотится такой тип, как Ишмару, лучше не сидеть на одном месте. – Сет пожал плечами. – Но решать не мне. Ной считает, что пока так лучше.

– И ты не собираешься переубедить его, настоять на своем?

– Разумеется, нет.

– Сдается мне, что дело обстоит совсем не так.

– Разве? – Он окинул ее внимательным взглядом. – Ты думаешь, что я обижен на Ноя? – Сет покачал головой. – Нет, для меня он все равно что родной брат. Мы очень разные люди с ним, но я его люблю.

В эту минуту на площадку вышел Джошуа с биноклем в руках:

– Мне хочется увидеть их…

– Вот и увидишь сейчас, – Сет снова отставил гитару и прислонил ее к перилам. – Идем, – и они направились на ту сторону площадки, что находилась по другую сторону от входа. Мы только на минутку, Филис.

– Знаю я вашу «минутку». Она всегда оборачивается часом. Если я через десять минут не застану Джошуа в постели – берегитесь! Вам несдобровать. – И она пошла в дом.

Сет поморщился:

– Скорее, а то нам влетит по первое число.

Джошуа кивнул и заговорщицки посмотрел на своего старшего друга.

– Ага. – И быстро добравшись до нужного места, сел, сложив ноги по-турецки. – Но мы ведь успеем за десять минут? – И принялся напряженно вглядываться в гущу леса и прислушиваться к звукам, долетавшим оттуда. – Это и есть сова?

– Да. Сидит на третьей ветке клена, с левой стороны.

– Не вижу, – Джошуа поднес к глазам бинокль. – А! Вот она. Как светятся у нее глаза… Не понимаю, как ты сумел разглядеть ее в такой темнотище. Да еще без бинокля.

– Навык. Иной раз в темноте прячутся существа более опасные, чем совы.

– Ты имеешь в виду змей? Я читал про анаконду. Они обитают в Южной Америке. Тебе приходилось бороться с анакондами?

– Разве я похож на такого дурака, который полезет бороться с ними? С чего бы это мне вдруг пришло в голову искать их?

– А есть люди, которые борются с крокодилами. Во Флориде. Так мне папа говорил.

Последнюю фразу он произнес как-то не задумываясь, просто и легко, отметил про себя Сет. Наверное, самый острый приступ боли и ощущение потери все-таки прошли. Хорошо бы, коли так.

– Похоже, твой отец относился к этому без всякого одобрения.

– Да, – кивнул Джошуа и после короткого молчания вернулся к началу разговора. – Но ты на самом деле имел в виду не зверей. А людей, так ведь?

Наверное, следовало бы отвлечь внимание мальчика. К чему ему знать о насилии и зверствах, существующих в мире? Ной старался бы делать вид, что ничего такого нет.

Но Сет не Ной. Он обещал Джошуа, что будет честным с ним.